akelleo (akelleo) wrote in koshkin_lib,
akelleo
akelleo
koshkin_lib

Category:

Почему американцы не мы

Я вас приветствую! Хррр. Хрррр. Ххуррагх!
...отношения к закону и порядку


Чтение всяких первоисточников про Old West (именно так его правильно называть, потому что "Дикий" - это более позднее и менее уважительное прозвище), навело меня на мысль, что нам с американцами действительно сложно, если не невозможно понять друг друга.

     У нас закон и власть ВСЕГДА устанавливали сверху. Если русский пейзан бежал куда-нибудь на фронтир за волей, то рано или поздно - через десять лет, через пятнадцать, его догонял воевода (или просто дворянин) с казаками и стрельцами и вкручивал куда надо вертикаль власти по самые гланды, после чего миллионер, землевладелец, пионер и истребитель индейцев Ерофей Хабаров становился жалким говном, которое можно было выставлять хошь на бабки, хошь на хлеб, хошь на коноплю, а Пионеру было и не взбзднут (заценивайте, модераторы, слово начинается с шести согласных - переставляй, как угодно!) верху, и только сверху шел закон. Сверху сразу внедрялось налогообложение. Сверху проводился и утверждался передел земли. Русского пионера судили дьяк и воевода, поставленные государем. Пионер мог на них возмутиться, но за это рано или поздно следовал страшныйстрапон нут с горчицей и рыбоолвными крючками. Искусно вживленная псевдосамостоятельность типа общины принципиально была нацелена на подавление индивидуализма и внедрение стадного чувства, причем в стаде каждый ненавидел каждого и пристально следил - кому и сколько земли нарезали при очередном переделе. Формировался человек, которому ничего не принадлежало, который не мог ничего решать, который полностью зависел от власть предержащих и не имел возможности поменять свой быт, потому что даже при уходе в город его ждало точно такое же существование: без корней, без собственности, с мизерными шансами выбиться в верхушку мастеровых. Отношение к закону, порядку и справедливости у русского было очень простым: первые два ему вбивали палкой, а второе существовало в сказках, которые он пытался воплотить самым кровавым способом во время очередного бунта.
     


    В противоположность этому, на американском фронтире закона, как такового, не существовало. Федеральные маршалы стали появляться с грехом пополам после Гражданской войны и, как правило, присутствовали в количестве один на округ (county), а то и меньше. Они, конечно, отвечали непосредственно перед Президентом, но, по большому счету, навести порядок на своей территории не могли. В принципе, они занимались охотой за наиболее опасными преступниками, но это в теории. На практике разбираться с бандотой приходилось самим гражданам, которые были вынуждены САМИ учреждать у себя как органы правопорядка, так и судебную систему. Выборность шерифов (или маршалов, как их называли в некоторых местах) и право последних назначать себе депьюти - помощников, привела к тому, что простой американец ощущал себя участником процесса установления закона, строительства порядка из Хаоса. По большому счету, практически любой нетрусливый горожанин мог принять участие в утверждении закона: шериф, как правило, имел одного-двух помощников, больше он содержать не мог, поэтому в случае, когда приходилось выступать против банды или просто опасного преступника, он набирал так называемое posse - отряд добровольцев, с которыми преследовал, ловил или уничтожал врага общества. Участники такого отряда на время операции автоматически поднимались в ранг lawmen, поэтому если они выпиливали кого-то из преступников насмерть совсем - это не ставилось им в вин.


      Равным образом, выборными были и судьи, не говоря уж о том, что судил часто суд присяжных. Таким образом, гражданин ощущал себя еще и организатором системы норм и правил поведения. На общие бабки строились тюрьмы (иногда шерифы бедных городов, в которых тюрьмы не было, сопровождали преступников сотню миль на поезде или в повозке, чтобы посадить их в правильное каменное здание с решетками, где клиентов обеспечивали удобными и высокотехнологичными кандалами). Власть в Вашингтоне какбэ и не существовала, представленная разве что вышеупомянутыми маршалами, после войны - агентами Пинкертона (которые, хоть и были частными сыщиками. пользовались поддержкой государства - впоследствии из этой фирмы выросло ФБР), а также армией, которая, в основном, появлялась тогда, когда индейцы выходили на тропу войны и начинался совсем уж кровавый беспредел. Более того, граждане нередко формировали собственные отряды самообороны и наведения порядка. Наиболее известное из таких формирований - это, пожалуй, Техасские Рейнджер.
    Законники, как правило, имеют власть на своей территории, и за ее пределами выданные им ордеры и полномочия могут считаться недействительными. Для того, чтобы захватить преступника на чужой территории, требуется сотрудничество местных органов власти и их добрая воля. А ее может и не быть, если преступник в одном округе является уважаемым человеком, а то и служителем закона, в другом).


    Таким образом, для русского закон и порядок - это что-то чуждое, насаждаемое сверху, орган подавления - все строго по Марксу. Выступление против служителей закона автоматически означает выступление против всего государственного аппарата, который не замедлит обрушиться на мятежника и раздавить его со всеми его чадами и домочадцам.
Для американца власть - это то, что он творит сам. Да, разумеется, сейчас преступник в одном штате будет таковым и в другом, но до сих пор для среднего американца появление федеральных агентов на территории его города, округа, штата - это что-то чуждое, если не враждебное. На федералов смотрят искоса всегда. Пиндос просто не понимает православного русича, который рождается, живет и умирает под сенью родной системы правохранения.


    Хотя, с другой стороны, порядка в наших тюрьмах и лагерях все-таик побольше)))


    Ну и в заключение. Не стоит понимат мой высер оё скромное эссе, как некий гимн государственному устройству США и свободному духу пионеров, в противовес рабской натуре русского гоминида-недочеловека. Причина бодрой вольности американцев прежде всего в том, что за все время существования их государства лишь в самом начале внешний враг угрожал захватом их страны. По большому счету, войны с англичанами были в какой-то степени гражданскими, ведь они следовали за революцией. Как бы сейчас не старались коммерческие идеологи Америки внедрит в башку среднего американского американца мысль о том, что английские оккупанты насиловали мужчин и убивали женщин, а детей вообще давили в кастрюльке на пюре, исторические факты говорят нам о том, что это, все же, была обычная европейская войнушка, в которой одна сторона отнюдь не угрожала другой геноцидом.


    В дальнейшем у США просто не было достойных противниковна континенте. Техас отвоевал независимость армией, состоящей из волонтеров и ополченцев. Индейцев гоняло несколько полков по пятьсот-шестьсот человек. Кстати, многие отмечали, что менталитет американца с восточного побережья, где рано установились институты именно государственной власти не в последнюю очередь из-за необходимости давать отпор англичанам, коренным образом отличается от менталитета американца со Старого Запада. Восточный американец более законопослушен, не столь склонен к авантюризму и у него в городе есть полицейские участки.


   Судьба русских была раз и навсегда определна декабрем 1237 года. С этого времени и на пять веков формирование и существование русского народа идет под постоянной, неумолимой и крайне реальной угрозой, как минимум, гибели государственности, как максимум - тотального выпиливания народонаселения. Позднее угроза ослабла до всего лишь вероятности угона значительной части населения в рабство. Единственным способом побороть эту угрозу была сильная государственная власть, способная сначала договориться с угрозой, а после, по мере ее ослабления, дать отпор. Как только власть ослабевала, на рынки Африки, Ближнего Востока и Средиземноморья производился массовый выброс славянских рабов по бросовым ценам. Решить вопрос с угрозой без централизованной власти было невозможно, что с блеском продемонстриоовала Украина. Тамошние рейнджеры кончили тем, что помогали своим обрезанным хозяевам ловить и сопровождать в Крым православных соотечественников. Конечно, к середине 17-го века для коренных областей Североной Руси угроза кочевнического нашествия была ликвидирована, а для колонизации степи уже не нужен был громоздкий и устаревший аппарат царской власти, но маска уже приросла, увы, а характер народа сформировался.


    Кстати, весьма показательно отношение к закону, порядку и судебной системе со стороны негров. Большинство негров по умолчанию воспринимает полицейского, как врага, а суд - как несправедливый. При этом к армии, например, у них такого отношения нет. Не в последнюю очередь это объясняется тем, что, являясь частью американского общества с самого начала его существования, а формально будучи и его гражданами со второй половины 60-х годов, негры были исключены из процесса формирования органов охраны порядка и судебной системы. Негр мог быть солдатом (знаменитые Buffalo Soldiers играли существенную роль в войнах с равнинными индейцами), но не шерифом или судьей. В этом смысле отношение негра к власти схоже с отношением русского к власти. Не случайно среди образованных афроамериканцев популярно проведение параллелей между русскими крестьянами и американскими неграми.

И. Кошкин


http://www.vif2ne.ru/nvk/forum/2/co/2431056.htm
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 35 comments